Новости

Рогачёво: бои в октябре 1941 года и поисковая деятельность.

Бородинское поле является мемориалом двух Отечественных войн – и войны 1812 года, и Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. И, хотя многим при слове «Бородино» вспоминается именно грандиозная битва с «Великой армией» Наполеона, музей сохраняет память и о событиях битвы за Москву в 1941 году.
Большинство туристов, приезжающих на Бородинское поле, посещают ту его часть, где вершилась история в 1812 году. На местах самых ожесточённых схваток в тот августовский день сейчас высятся монументы русским частям, стоит Спасо-Бородинский монастырь, размещены экспозиции музея. Но в 1941 году бои проходили не только там, но и юго-западнее, между железной дорогой и Минским шоссе. Именно туда, в район деревень Ельня и Рогачёво, немцы нанесли свой первый удар 12 октября 1941 года, стремясь прорваться по магистральным дорогам, ведущим на столицу.
Этот чрезвычайно важный участок защищал 17-й стрелковый полк в составе 32-й стрелковой дивизии. Командовавший ей полковник В. И. Полосухин поручил оборону Рогачёва 1-му батальону полка под командованием капитана Яковлева. В силу рельефа местности укрепления у Рогачёва несколько выдавались вперёд относительно остальных позиций нашей обороны. Именно поэтому, не сумев пробиться танками непосредственно по шоссе, немцы днём 13 октября нанесли удар пехотой на позиции батальона капитана Яковлева. Движение войск дивизии СС «Рейх» сопровождалось миномётным обстрелом и психологическим оружием – шумовыми эффектами, например, звукоимитацией движения танков. Положение наших бойцов оказалось весьма трудным. Фронт при нехватке людей и вооружения был сильно растянут, к тому же немцам удалось нанести боковой удар со стороны железной дороги. Всё это привело к тому, что после упорных боёв поздним вечером 1-й батальон был вынужден оставить Рогачёво.
Утрата этой деревни не только вела к прорыву нашей обороны и потере господствующих над местностью высот, но и, тем самым, упрощала продвижение немцев вдоль линии железной дороги. Противник, вновь применяя психологическое оружие, засылал через образовавшийся прорыв небольшие группы автоматчиков, беспорядочной стрельбой пытавшиеся посеять панику в тылу наших войск. Уже ночью 3-й батальон 17-го стрелкового полка (капитана Микадзе) и присланный в помощь 2-й батальон 322-го стрелкового полка (капитана Щербакова) предприняли попытки отбить Рогачёво, но, оттеснив врага до деревни, из-за недостатка огневой поддержки не смогли выбить его оттуда. Днём 14 октября эта позиция была окончательно оставлена. Неудачу журнал боевых действий 17-го полка объяснял тем, что «в первом бою… нарушена связь штаба полка с подчинёнными… и последние в дальнейшем действовали разрозненно, самостоятельно».
Сумев занять позиции при Рогачёве и Ельне, немцы, несмотря на упорное сопротивление, прорвались в последующие дни своими танками на заповедную территорию Бородинского поля и к Можайску, вынудив советские войска к отступлению. Однако упорные бои, завязавшиеся на Можайской линии обороны (и, в частности, в районе Рогачёва), смогли сорвать немецкую операцию «Тайфун», намечавшую быстрый захват Москвы.
В дальнейшем перед музеем встала задача сохранения и мемориализации этой части поля, требовавшая раскопок для установления точного местоположения укреплений. Кроме того, как и везде, где прокатилась война, останки многих бойцов так и остались лежать непогребенными на месте жестоких схваток. Их подъёмом занимаются поисковые отряды. В районе Рогачёва можайские поисковики из отряда «Рубеж» (а в настоящее время – отрядов «Укрепрайон №36» и «Приказ №270») работают совместно с сотрудниками музея с 2005 года. Не прекращались работы даже сложным летом прошлого года. В конце лета, как только карантин ослаб, они возобновились и шли, пока позволяла переменчивая осенняя погода.
За эти пятнадцать лет были найдены и перезахоронены останки нескольких десятков павших воинов. Пополнились находками и фонды музея. В основном это детали воинского снаряжения – штыки, гильзы, пулемётные ленты, но есть и личные вещи – фляжки, крышки от котелков, зубная щётка в футляре. И, конечно, самые драгоценные для любого поисковика находки – так называемые «смертные медальоны», в которые вложены записки, содержащие, по правилам РККА в начале войны, краткие сведения о бойце, хранившем при себе медальон. Хотя далеко не всегда такие медальоны удаётся обнаружить, как не всегда получается и прочитать текст на пострадавших от времени и влаги записках, хотя бы части тех, кто считался пропавшим без вести той осенью, поисковикам удаётся вернуть имена, а затем сообщить родственникам о судьбе их отца, деда или прадеда и местонахождении его могилы. Кто-то из потомков предпочитает забрать останки, чтобы перезахоронить рядом с близкими, многие хотят, чтобы их предки-герои лежали там, где отдали жизнь за Родину.
Стоит рассказать хотя бы одну историю из опыта работы поисковых отрядов. Жарким летним днём 2005 года с глубокого дна окопа в Рогачёве были вслед за его товарищами по миномётному расчёту подняты останки бойца в полном обмундировании и с оружием. Он лежал там же, где его жизнь прервала попавшая в живот немецкая пуля. Но, помимо нагана, каски и остатков одежды, личных фляжки и карманного фонарика, нашёлся и «смертный медальон». Никита Григорьевич Карташёв двадцатилетним пареньком был призван из далёкой сибирской деревни под Омском ещё за год до войны. Дома остались жена и маленькая дочь. Почти семьдесят лет семья знала только то, что он той осенью, защищая Москву, пропал без вести. Уже после перезахоронения удалось разыскать дочь солдата. Приехав на Бородинское поле и посетив мемориал, где отныне лежит её отец, она попросила отвезти её на место, где он погиб. Там, подойдя к месту, где был окоп, пожилая, давно уже седая женщина, набрав немного земли, опустилась на колени и прошептала: «Папа, как же я давно тебя искала…»
Погибшие той осенью покоятся во многих частях Бородинского поля.  Рядом с памятниками событиям 1812 года их братские могилы отмечены одинаковыми строгими надгробиями из тёмно-красного гранита. Но тех, чьи останки поисковые отряды находят сейчас, перезахоранивают на особом мемориале, созданном музеем в Ельне, на месте упорных боёв 12-14 октября 1941 года. Хочется верить, что кто-то из прочитавших эту заметку захочет доехать и в эту отдалённую часть нашего заповедника, поклонившись памяти тех, без чьего подвига тогда невозможно было бы сейчас хранить память и о 1812 годе.
Публикацию подготовил Д. О. Шаров