Новости

Битва за Москву. Воспоминания участников боёв на Бородинском поле.

И снова возвращаемся в октябрь 1941г. О трудном положении на Можайской линии обороны и отсутствии боеприпасов у наших бойцов – А.Н.Михайлов, политрук 7-й стрелковой роты 322-го сп 32-й сд: «…Наши бойцы чувствовали себя в ночном бою хорошо. Учеба не прошла даром. Слышны голоса: «Москвы захотелось? Получай!» И крепкое слово дополняет удар штыка или приклада… К утру дер.Утицы была освобождена от немцев. Это было утро 16 октября 1941г.

…Бойцы просят боеприпасов. Организую группу бойцов за боеприпасами в тыл. Ушли. Время тянется долго. День наступает, надо готовиться к встрече немцев. Посылаю вторую группу. Надо быстрее. Но первые возвращаются и докладывают: «Тылы наши разбиты. У памятника бородинским героям командного пункта нет, командира батальона нет и повозки пустые, все разбито. Из села Бородино стреляют немцы».
Дер.Утицы наша, и на юго-западной окраине занимаем оборону в вырытом окопе в полный профиль. Бойцы просят боеприпасов. А где взять? Даю команду: убитых командиров и бойцов собрать в одно место к северо-восточной окраине деревни, имеющиеся у них боеприпасы раздать живым. Ищу командира роты.

Увидел его связного Акшпаева с бледным лицом. Он докладывает, что командир роты убит прямо в лоб. Решаю: значит, наблюдательный пункт был пристрелян снайпером. Принимаю командование ротой.
Готовимся к обороне. Мало боеприпасов. Но где их взять? Вот тебе и подготовились к войне…Самолеты разворачиваются в «карусель» и пикируют один за другим с воем моторов и включенных сирен, свист бомб. Нам нечего им противопоставить. Спасаемся в окопе. Наши потери большие… Что предпринять? Чем отбить атаки самолетов, танков? Положение тяжелое. Огневая мощь немцев большая, перевес в технике…

…Немцы заняли дер. Утицы. К вечеру к нам подошли командир 2-го батальона капитан Щербаков Василий Алексеевич с остатками своего батальона в количестве 9 человек и начальник штаба 1-го батальона старший лейтенант Портянкин с 7 бойцами… (3 батальона) в количестве 30 человек. Собрались все вместе, в каждом батальоне по 10 человек. Я пошел к капитану Щербакову, как к старшему командиру, решать, что будем делать. Слева д.Утицы, там — немцы, в Бородино, что сзади, — тоже немцы, в с. Семеновском, что прямо перед нами, — немцы, а в Шевардино кто? Стали думать, где взять боеприпасы, ведь тылы всех батальонов разбиты.

Щербаков говорит: «Пойдем в полк, когда стемнеет»…К закату солнца к Шевардино подходит колонна автомашин с немецкой пехотой. Стали считать: 18 машин. В среднем по 30 человек в каждой. Да, жаль, что нет боеприпасов, а в нашем положении мы ничего не можем сделать. Стемнело. Пошли в обход Бородино. Шли всю ночь, кружили, но с рассветом пришли в полк, доложили о своем первом бое и наших потерях.

Лично меня не удовлетворил этот бой: если бы у нас был хоть один взвод ПТО, мы больше бы уничтожили фашистской сволочи и танков, которые хозяйничали на поле, а нам нечем было их уничтожать. Комиссар полка старший политрук Баканов мне говорит: «Ты теперь парторг полка, должен быть во всех подразделениях, а ты опять ушел в свою роту, а положение в остальных ротах, батальонах ты не знаешь. Вот в этом твоя ошибка, и в дальнейшем так не делай». Я обещал быть хорошим парторгом полка. Но ему я возразил, что коммунист должен быть там, где трудно».
****